Культура письменной речи - gramma.ru

НАЙТИ

 
Главная РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА Программа школы

Л.Н. Толстой. "Война и мир"

"Мысль семейная" в романе

 

Лев Николаевич Толстой считал, что, работая над произведением, надо любить в нем "главную мысль", сводить к ней все прочие идеи. Софья Андреевна Толстая записала в дневнике его слова о том, что, создавая "Войну и мир", он "любил мысль народную", а в "Анне Карениной" – "мысль семейную". Действительно, "мысль народная" – фундаментальная идея "Войны и мира" как историко-философского произведения. Но сам подход Толстого к истории-искусству, предполагающий постижение законов истории через скрупулезное изучение всего хода человеческой жизни, включает напряженный интерес к семье, поэтому "Войну и мир" можно рассматривать и как семейную хронику. И новаторство Толстого проявилось не только в его взглядах на искусство, науку и философию, но и в его отношении ко всему, связанному с темой семьи, быта.

Романы "натуральной школы" строились так, что внимание авторов и читателей сосредоточивалось на социально-философских проблемах. Герои реализовывали себя в духовной сфере, в общественном служении и с глубоким презрением относились к быту. "Проза натуральной школы вообще создала иронические картины чуть ли не всех принятых форм общественного и домашнего быта... Бытовая, хозяйственная, практично-ежедневная сторона жизни тут выглядит всюду не как естественный элемент процесса человеческого существования: она возникает перед героями как угроза, как начало, враждебное всему лучшему в их личности", – пишет А. Жук. Толстого возмущала эта высокомерная ирония над основами человеческого бытия. В семье, в семейной жизни он видел одну из главных сфер самореализации человека, требующую и таланта, и души, и творческих озарений. Семья для него – микрокосм человеческой общности, начало и основа социума. И важнейшей характеристикой героев "Войны и мира" становится их семейная жизнь.

Три семейства, три дома, три "породы" людей составляют основу "мысли семейной" романа: Ростовы, Болконские и Курагины. Мир Курагиных – мир светской черни, извращенных взаимоотношений с окружающими и с близкими. Их семья открыто и активно противопоставлена автором миру Болконских и Ростовых. Но и семьи любимых его героев отнюдь не дублируют друг друга, тоже во многом друг другу противостоят: неслучайно чужды князю Андрею старшие Ростовы, неприятен Николай; неслучайно Николай Андреевич Болконский не примет Наташу, будет так противиться женитьбе сына.

Дома Ростовых и Болконских различаются прежде всего внутренней атмосферой. В семье Ростовых открыто радуются и открыто плачут, открыто влюбляются и все вместе переживают любовные драмы каждого. Их хлебосольство славится по всей Москве, они готовы принять и обласкать любого: в семье, кроме четверых родных детей, воспитывается Соня.

Все иначе в усадьбе в Лысых Горах. Там царит дух замкнутости, спартанской сдержанности; там не принято напропалую откровенничать: лишь в решительные минуты жизни скупо и осторожно произносят Болконские слова любви, приоткрывают душу. Но дело не только в разности стиля жизни. Эти семьи живут в разных системах нравственных ценностей. И, выходя в мир, каждый герой несет в себе не только привычный семейный уклад, но и принятую в его доме мораль, воспитанное родителями отношение к себе и к миру.

Гостеприимный и щедрый дом Ростовых не может не очаровать читателя. Толстой с умилением описывает графа и графиню: эти пожилые, прожившие вместе жизнь люди нежно, трепетно любят друг друга; у них чудесные дети; в их доме уютно своим и чужим... И мы готовы пропустить мимо ушей несколько диссонансных нот в этой семейной гармонии: холодность всех презирающей Веры; страстное желание Сони принести себя в жертву благодетелям и ее страх, что графиня воспротивится ее браку с Николаем. Однако дальше, следя за судьбами героев, нам все чаще придется оглядываться на тот первый вечер в доме Ростовых и задумываться над брошенными автором как бы вскользь намеками.

Все неприятнее встречаться на страницах романа с Верой. Все настойчивее стремление Сони жертвовать собой, чтобы показать, как она благодарна приютившему ее семейству. И удивляет Николай: искренний, добрый малый, храбрый, честный и чувствительный – но неинтересен, катастрофически бесцветен! Он совершенно не умеет думать, боится размышлять: это с трагической ясностью обнаружится в случае с Денисовым, когда верноподданический восторг напрочь заслонит от Николая Ростова мысли о сломанной судьбе несправедливо осужденного друга. И в том, как не рассуждая, повинуясь лишь физическому влечению, бросится к Анатолю Наташа – тоже проявится это ростовское стремление "жить чувствами", это освобождение себя от обязанности думать и отвечать за свои поступки.

Для того чтобы понять отношение Толстого к семье, к ее роли в жизни каждого человека и всего человечества, необходимо обратить особое внимании на женские образы романа.

Если мужчина в основном реализует себя в общественном служении, в сфере социальной, то мир женщины, по мнению Толстого, – семья. Именно женщина создает этот микрокосм человечества, и она отвечает за него перед людьми и перед Богом. Она растит детей, она всю жизнь творит тот Дом, который становится ее главным миром, надежным и спокойным тылом для мужа и истоком всего для младшего поколения. Она утверждает доминирующую в доме систему нравственных ценностей, она прядет нити, соединяющие всех членов ее семейства.

Нелюбимые героини Толстого Дома создать не могут. Элен и Анна Павловна Шерер, символизирующие для автора не только бездуховность и бездушие света, но и абсолютную утрату женского начала, подмененного культом физической красоты, расположены на "отрицательном полюсе" романа. Им противостоят Наташа и княжна Марья. Но мир романа не одноцветен, и насколько прямолинеен Толстой в историко-философских рассуждениях, настолько скрытно, подспудно проводит он важнейшие свои мысли о роли семьи, о высшем назначении женщины. Здесь автор ничего не декларирует открыто: он рассчитывает на вдумчивого, мыслящего читателя. Толстой уверен: назначение женщины – быть верной, любящей женой и матерью, беззаветно преданной своей семье. Но и здесь для автора есть важнейший, ключевой момент: ее любовь и преданность не имеют права преступать некоторые пределы! Каковы же эти границы? Чтобы понять их, вернемся к семье Ростовых.

Откуда в добром, любящем семействе могла взяться бездушная Вера?! Сам граф Илья Андреевич пытается объяснить этот феномен весьма простодушно и столь же малоубедительно: "Графинюшка мудрила с Верой". Вряд ли любящая мать могла так уж намудрить с дочерью, чтобы из нее выросла уменьшенная копия Элен! В чем же дело? Вероятно, дело в самой "графинюшке".

 


- 1 - 2 - 3 -На следующую страницу




В РАЗДЕЛЕ:



РЕКЛАМА





При полном или частичном использовании материалов ссылка на "Культуру письменной речи" обязательна
Cвидетельство о регистрации СМИ Эл №ФС-77-22298. Все права защищены © A.Belokurov 2001-2020 г.
Политика конфиденциальности