Культура письменной речи - gramma.ru

НАЙТИ

 
Главная ЭКЗАМЕН ЭКЗАМЕН ПО ЛИТЕРАТУРЕ

НИКОЛАЙ ГУМИЛЕВ: МОДЕЛЬ МИРА
Исследовательская работа

Кузнецова Валентина,
ученица 11 «В» класса, Санкт-Петербург

Автор иллюстраций ©В. Кузнецова

(продолжение)

 

Однако А. Павловский достаточно верно улавливает настроение стихотворения «Стокгольм»: «… взоры автора, ищущего и алчущего неведомой родины, постоянно исчезающей за горизонтами времен и пространств, словно мираж в пустыне, обращаются к Швеции:

Зачем он мне снился, смятенный, нестройный,
Рожденный из глуби не наших времен,
Тот сон о Стокгольме, такой беспокойный,
Такой уж почти и не радостный сон…

«О боже, - вскричал я в тревоге, - что, если
Страна эта – истинно родина мне?
Не здесь ли любил я и умер не здесь ли,
В зеленой и солнечной этой стране?»

И понял, что я заблудился навеки
В слепых переходах пространств и времен.
А где-то струятся родимые реки,
К которым мне путь навсегда запрещен»32.

Ю. Зобнин высказывает достаточно интересное предположение о трактовке стихотворения «Швеция»: согласно его мнению такая историческая фигура, как Рюрик, «некогда победивший славянскую стихийную вольницу деспотической, дисциплинирующей государственной волей»33, отождествляется с «началом “цивилизации”». Антиподом Рюрика является Распутин («Мужик») – «начало “стихийное”». Зобнин утверждает, что «очень ярко<…> отрицание стихии проявляется в стихотворении “Мужик”»34 и что «в этом смысле “Мужику” противостоят стихотворения “шведского” цикла – “Швеция”, “Стокгольм”, “В Северном море”, “Ольга”»35.

Однако строки стихотворения «На Северном море» в значительной степени противоречат теории, выдвинутой Ю. Зобниным:

О да, мы из расы
Завоевателей древних,
Взносивших над Северным морем
Широкий крашеный парус
И прыгавших с длинных стругов
На плоский берег нормандский –
В пределы старинных княжеств
Пожары вносить и смерть…

… О да, мы из расы Завоевателей древних,
Которым вечно скитаться,
Срываться с высоких башен,
Тонуть в седых океанах
И буйной кровью своею
Поить ненасытных пьяниц –
Железо, сталь и свинец.

Здесь скорее отражена все та же вечная и прекрасная Героика, на сей раз с историософской позиции. «Мужик» же не столько стихия, сколько, как писала М. Цветаева, «шаг судьбы»36. Хочется закончить эту часть словами М. Цветаевой: «Что поэт хотел сказать этими стихами? Да именно то, что сказал»37.

3. Завершение пути

а) «Зачарованный викинг»

Р. Плетнев открыл свою работу «Н.С. Гумилев (1886-1921): С открытым забралом» таким словами: «Позвольте начать слово о поэте его словами:

О тебе, о тебе, о тебе!
Ничего, ничего обо мне.
В человеческой темной судьбе
Ты – крылатый призыв к вышине…

РисунокСообщение мое касается героики и героя, воина и поэта, человека вещего духа предсказаний, веры и возвышенного слова о Слове-ипостаси и о поэзии. Помнил, видно, Гумилев слова апостола Павла: «Все мне дозволено, но не все мне полезно…и ничто не должно обладать мною». Все испробовал Николай Степанович, от наркотиков до страстной любви к женщине, и ничто не покорило его силы и сердце…одно разве – героика»38. Героизм – это в первую очередь преодоление собственной слабости, а с ней Гумилев боролся на протяжении всей своей жизни. По всей вероятности, именно с этой целью он бежал от обыденности, зачастую, рискуя собой. Иную жизнь Поэт не принимал. РисунокЛ.А. Смирнова писала: «Когда представляешь жизнь Гумилева, то трудно освободиться от ощущения неких фаталистических его склонностей. В Африке он пролезал через узкий ход пещеры, застрять в которой значило замуровать себя заживо. На войне участвовал в самых страшных маневрах. И много раз в других ситуациях испытывал судьбу. Но чисто внешнее впечатление от известных фактов как-то не согласуется с зрелым творчеством Гумилева. В поэзии этих лет возникает фигура одинокого, захваченного глубокой мыслью человека39». Гумилев словно состоял из контрастов. Н. Оцуп в своей книге «Николай Гумилев: жизнь и творчество» задавался вопросом: «Какое из двух направлений было в Гумилеве сильнее: северное ли, т.е. языческое, внушающее ему гимны, зовущие к битве и даже к грабежу, православное ли, смиренное?40» – и сам пытался на него ответить: « Трудно решить этот вопрос. Тот Гумилев, которого мы видим в жизни и творчестве, был двойственным человеком —одновременно робким и подавляющим свою робость, властным, самоуверенным и почти высокомерным, нежным, наивным христианином, восклицающим: «Люблю Тебя, Господи!» — и диким язычником, чей Бог презирает скромных и поощряет сильных, чуть ли не жестоких»41.

 


32  Павловский А.И. Вступительная статья / Николай Гумилев. Стихотворения и поэмы. Под ред. Ю.А. Андреева. – Л.: Советский писатель, 1988. С. 51.
33  Зобнин Ю. Странник духа/ Н.С. Гумилев: pro et contra. – СПб.: РХГИ, 2000. С. 49.
34  Зобнин Ю. Странник духа/ Н.С. Гумилев: pro et contra. – СПб.: РХГИ, 2000. С. 48.
35  Зобнин Ю. Странник духа/ Н.С. Гумилев: pro et contra. – СПб.: РХГИ, 2000. С. 48.
36  Цветаева М. <О Гумилеве> / Н.С. Гумилев: pro et contra. – СПб.: РХГИ, 2000. С. 486.
37  Цветаева М. <О Гумилеве> / Н.С. Гумилев: pro et contra. – СПб.: РХГИ, 2000. С. 487.
38  Плетнев Р. Н.С. Гумилев (1886-1921): с открытым забралом / Н.С. Гумилев: pro et contra. – СПб.: РХГИ, 2000. С. 583.
39  Смирнова Л.А. «Припомнить всю жестокую, милую жизнь…» (о Н. Гумилеве) / russofile.ru.
40  Оцуп Н. Николай Гумилев: Жизнь и творчество. СПб., 1995. С. 163.
41  Оцуп Н. Николай Гумилев: Жизнь и творчество. СПб., 1995. С. 163.

 

 


На предыдущую страницу- 1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16 - 17 - 18 - 19 -На следующую страницу


В РАЗДЕЛЕ:



РЕКЛАМА

При полном или частичном использовании материалов ссылка на "Культуру письменной речи" обязательна
Cвидетельство о регистрации СМИ Эл №ФС-77-22298. Все права защищены © A.Belokurov 2001-2020 г.
Политика конфиденциальности