Культура письменной речи - gramma.ru

НАЙТИ

 
Главная В ПОМОЩЬ УЧИТЕЛЮ Русская современная литература. Методические разработки уроков

«УМОМ РОССИЮ НЕ ПОНЯТЬ…»

Белокурова С.П., учитель руского языка и литературы высшей категории.
Санкт-Петербург

 

Тема: Русский национальный характер.
Уроки по рассказам В. Пьецуха из цикла «Драгоценные черты»1.

СОЧИНЕНИЯ

«Умом Россию не понять...»
(Читая В. Пьецуха)

IV. «Свои особенные ноты».

  Народ у нас, конечно, всякий: и бессребреник, и «батьку родного за пятачок продаст», и европеец, обогнавший по части знаний настоящего европейца, и простак, падкий на слова и идеи... Все наши прекрасные черты и все наши гнусные недостатки – это константные величины... Они неизбывны и вечны
  В. Пьецух. (из интервью газете «Известия» от 15 ноября 1997г.)

      «На самом деле пресловутая загадочность русской души разгадывается очень просто: в русской душе есть все» – вот так начинается мой любимый рассказ Вячеслава Пьецуха «Центрально-ермолаевская война». Ах, «как много в этом слове» символического! Война... Русско-турецкая... Русско-японская... Национально-освободительная и... «центрально-ермолаевская»... Иной читатель, мало знакомый с творчеством Пьецуха, почешет затылок, почувствует некоторое недоумение и без особого интереса приступит к чтению рассказа. Меня же, поклонника Пьецуха со стажем, это название притягивает со страшной силой. Уже в нем присутствует «львиная доля» абсурда. Читаем дальше... «Положим в немецкой или какой-нибудь сербо-хорватской душе, при всем том, что эти души нисколько не мельче нашей, а, пожалуй, кое в чем основательнее, композиционней; как компот из фруктов композиционнее компота из фруктов, овощей пряностей и минералов, так вот при всем том, что эти души нисколько не мельче нашей, в них обязательно чего-то не достает». Если вам удалось прочитать первый абзац «Центрально-ермолаевской» войны, не согнувшись от смеха в три погибели или хотя бы не расхохотавшись до слез, то либо у вас чувство юмора отсутствует, либо вы читать разучились. Хотя подождите, а стоит ли смеяться? Вроде бы и смешно, а с другой стороны - это же о нас с вами... Кто-то скажет: «Ай да Пьецух, ай да сукин сын, как над нами, над русскими издевается». А вы почитайте повнимательнее; может быть, и себя в этом зеркале увидите. Не нашли?.. А вот этот мужичок, который «только что от скуки разобрал очень нужный сарайчик, объяснил соседу, почему мы победили в Отечественной войне 1812 года, отходил жену кухонным полотенцем, но вот сидит у себя на крылечке, тихо улыбается погожему дню и вдруг говорит:

      - Религию новую придумать, что ли?..», -

      никого вам не напоминает?.. А мне припоминается: «Ну а если бы слон родился в яйце, ведь скорлупа, чай, сильно бы толстая была, пушкой не прошибешь; нужно какое-нибудь новое огнестрельное оружие выдумать». Читаем дальше. Знали вы раньше, какое влияние на русскую душу оказывают, «например, топонимика, климат и пейзаж»? Я тоже не знал. Вот вам и ответ на вопрос, зачем писателю использовать «говорящие» имена, названия, почему он долго, с тщательностью художника эпохи Возрождения описывает пейзаж, мелкие детали быта, жизни своих героев. Вот где ответ! Пьецух – бытописатель! А быт наш мало изменился аж с гоголевских времен, как, впрочем, и человеческая психология. Помните Мокия Кифовича и Кифу Мокиевича, двух симпатичных обывателей, изумительную гоголевскую иллюстрацию к пониманию того, кто такой русский человек. Один постоянно философствует – «растекашется мыслiю по древу», но благополучно ничего не делает, другой же, «нимало не сумняшеся», отдает предпочтение деятельности, но деятельность эта оказывается разрушительной. Так уж издревле повелось: то в русском человеке чего-то не хватает, то как будто чего-то через край. А уж живет-то он не приведи Бог: убого, бесцельно и грустно.

      Вернемся непосредственно к рассказу. Молодец Пьецух, рассказал нам о влиянии на нашу психологию «топонимики, климата и пейзажа», теперь и ощущение рассказ вызывает совсем другое. Теперь мы знаем, чего нам следует ожидать от жителей Центрального, а чего от жителей Ермолаева. Представьте себе, что текст начинался бы, например, со слов: «17 июля 1981 года Петр Ермолаев...». Были бы мы готовы к неожиданным поворотам сюжета, если бы не было всего того, что написал Пьецух выше? Каждый ответит для себя по-своему. Я отвечу – нет. Однако думается, что это Пьецух написал не столько с целью представить нам свое (надо сказать, остро сатирическое) видение русского национального характера, сколько для того, чтобы смеялись мы не слишком самозабвенно, чтобы помнили – это о каждом из нас.

      Итак, 17 июля 1981 года между деревней Ермолаево, названной так в честь Федора Ермолаева, который в двадцать втором году «динамитом взорвал здешнюю церковь», и поселком городского типа Центральным, жители которого вовсе не считают себя горожанами, разразилась «форменная» война. Поводом для нее послужил сущий пустяк. В этот день «двадцатидвухлетний шофер Петр Ермолаев, внук того самого Ермолаева, который взорвал церковь», поехал на своем мотоцикле, выигранном в лотерею, в Центральный, «чтобы выкупить по поручению дяди шестой том медицинской энциклопедии», и повстречал там «восемнадцатилетнего слесаря-ремонтника по прозвищу Папа Карло». Прозван слесарь так то ли по ассоциации с отцом деревянной куклы, то ли в честь главаря итальянской мафии. Мотивировки Пьецух не дает. Так... это по протоколу, а дальше что было? Папе Карло очень понравился мотоцикл Ермолаева, и он решил сторговать его рублей за пятьсот пятьдесят. Конечно же, Петр Ермолаев не мог и думать о продаже своего мотоцикла, он ведь его в лотерею(!) выиграл, поэтому и отказал Папе Карло. «Папа Карло понял: ермолаевский мотоцикл ему заполучить не удастcя, и с досады решил над Петром немного поиздеваться». Вот тут-то все и началось. Как обычно, слово за слово... Зацепились. И вот уже Петр Ермолаев уезжает из Центрального, «взяв с себя слово при первом же удобном случае поквитаться». Не буду утомлять вас пересказом баталий братоубийственной Центрально-ермолаевской войны, перейду сразу к ее завершению, хотя отмечу, что баталии эти ничуть не уступали настоящим: и разведка была, и пытки пленных, и боевые набеги среди ночи, и сожженные штаны ермолаевских ребятишек, и...

      К счастью, Центрально-ермолаевская война не успела перерасти в затяжной конфликт, и уже 4 августа 1981 года был заключен «формальный мир». Что же послужило причиной «формального мира»? Все просто. 31 июля произошло последнее в двадцатом веке полное солнечное затмение. Причем тут затмение? Как причем?!.. Как уже говорилось ранее, русский национальный характер находится в тесной зависимости от огромного количества факторов... Вот и солнечное затмение сильно повлияло на жителей Ермолаева. Тракторист Александр Самсонов, например, «зарекся пить», а ермолаевская молодежь вошла в состояние меланхолии. Глупо? Совсем нет. Ставят же у нас подчас суховеи «на край могилы российскую государственность<...>, необузданные пространства и эпидемии определяют направление литературы, хвостатые кометы до такой степени сбивают с толку власти предержащие, что они провоцируют соседей на интервенции; разливы рек, уносящие целые погосты?» Теперь поверили? Все равно нет? Хорошо, а как же тогда «благословенные русские дороги, имеющие великое историческое значение, так как они испокон веков обороняют нас от врагов? А грамматика нашего языка, которая обусловливает огромную внутреннюю работу? А наконец, широкое распространение лебеды?»... Вот видите: наверное, по какому-то предопределению свыше то, что должно приносить нам неприятности, то, что мы должны исправить, помогает нам жить! Вот об этом-то и говорит в своих рассказах, повестях Вячеслав Пьецух: об абсурдности нашей жизни, об «отклонении от нормы», о русском национальном характере, о хаосе – о нашей жизни. Вероятно, здесь можно сделать ошибку. И Чехов, и Зощенко также показывали «отклонение от нормы», но у них все равно существовало представление о «норме». У Пьецуха же все иначе. Здесь норма и «отклонение от нормы» едины!!! Абсурд? Фантасмагория? Страна такая, и к тому же Пьецух тоже русский...

      ... Итак, во время престольного праздника в деревне Пантелеевской был заключен формальный мир:

      «- Затмение видел?
      - Ну, видел... – сказал Папа Карло.
      - Правда, впечатляет?
      - Ну, впечатляет...
      - Слушай, Папа Карло, давай мириться?
Папа Карло оглянулся на своих слесарей, стоявших поблизости наготове, и произнес:
      - Мириться мы никогда не против. Если что, ты прости.
      - И ты прости, если что, - сказал Петр Ермолаев.»

      Очень интересен пассаж Пьецуха по поводу «отечественного» слова «прости»: «от «прости» вообще отечественное «прости» отличается тем, что имеет самостоятельное значение, как правило, избыточное, даже чрезмерное относительно его возбудителя». Ну вот, война забыта, бывшие неприятели теперь друзья. Хотя «в январе ожидается еще полное лунное затмение, и, принимая во внимание некоторые особенности национального характера, невозможно предсказать, чем оно обернется».

1 Пьецух В. Драгоценные черты // Дружба народов. № 5, 6. 1995

На предыдущую страницу- 1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 -На следующую страницу


В РАЗДЕЛЕ:



РЕКЛАМА

При полном или частичном использовании материалов ссылка на "Культуру письменной речи" обязательна
Cвидетельство о регистрации СМИ Эл №ФС-77-22298. Все права защищены © A.Belokurov 2001-2020 г.
Политика конфиденциальности