Культура письменной речи - gramma.ru

НАЙТИ

 
Главная В ПОМОЩЬ УЧИТЕЛЮ Русская современная литература. Методические разработки уроков


Город и герой

Урок 1-2

(продолжение)


      Лужинская составляющая образа проявляется еще и в том, что Долмат Фомич претендует на безраздельное подчинение себе, своей власти живого существа, подобно тому, как Лужин хочет взять в жены девушку непременно бедную, облагодетельствовать ее и чувствовать ее вечную благодарность и зависимость. Власть над живым существом упоительна для Луночарова. Подобно тому, как он подменяет (тема обменов в романе) страницу антикварной книги, он подменяет и жизнь героя, беря на себя "управление" судьбой Жильцова. Внутренняя форма фамилии Долмата Фомича напоминает о чарах луны, темных силах, придавая этому герою черты зловещего ночного духа, князя тьмы, Мефистофеля, искушающего современного питерского Фауста, булгаковского Воланда (не случайно и созвучие имен Долмат - Воланд) 11. С другой стороны, именование этого персонажа отсылает читателя и к фигуре А.В. Луначарского - наркома просвещения времен советской диктатуры, эпохи ломки культурных традиций. В имени героя можно усмотреть и некий кулинарный подтекст (Долмат - долма). Образ Луночарова многомерен. Реплика "Вы - наш" (с.62) отсылает нас к роману Достоевского "Бесы", а монолог "Вы нездоровы, Олег Николаевич, <…> вы бледные <…>. Вам надо очень серьезно задуматься о своем здоровье и в первую очередь о питании…" (с.62-63) выглядит как пародийный перифраз знаменитого пассажа Порфирия Петровича в адрес современной молодежи: "Вам теперь только воздуху надо, воздуху, воздуху!" (ч.6 гл.2).
      Фамилия другого члена общества, профессора Скворлыгина, столь же искусственна, как и придуманная Достоевским фамилия "Свидригайлов" 12. Искажение нормы в именовании теоретика маргиналистики нарочито и очевидно, как и то, что его основная специальность (палеопатология) связана с тайной подпольной деятельностью этого героя - выращиванием сталактита (с.229). Вторая часть фамилии (-лыгин), несомненно, обязана своим происхождением корню -лг-/-лож-/-лыг- (ср. лгать (диал. лыгать), ложь, облыжный).
      Аглая, имя бывшей жены Олега, грозящейся сжечь в печке "какие-то деньги", напоминает о романе Достоевского "Идиот", о жертвенном отношении к миру и людям его главного героя князя Льва Мышкина ("Идиотизм - это не воспользоваться моментом, возможностями, ситуацией, вот что такое идиотизм! В стране чудеса происходят!... Сейчас такое придумать можно… все что захочешь.." - так наставляет Жильцова приятель (с.94))13.
      Но, пожалуй, наиболее откровенна внутренняя форма фамилии самого главного героя - Жильцов, многократно обыгрываемая в тексте романа. "Странная фамилия Жильцов. Нежильцов мне кажется более внятной. <…> Ко мне обращались: "Жилец". - "Я не жилец", - отвечал я сурово" (с.22). "Олег, помяни мое слово, ты здесь жить не будешь!" - заявляет герою приятель Валера (с.18). "Жил Валера теперь в моей комнате - вместе с Надеждой" (с.25).
Итак, главный герой - не жилец в этом новом мире, где следует существовать по законам, исключившим "Достоевского", в этом новом времени, где материя пытается одержать победу над духом.
      "Отказ от Достоевского" пародийно переворачивает жизнь героя, проигрывая в ней достоевские сюжеты и сталкивая Жильцова с достоевскими же персонажами.
      Один из таких сюжетов - сон героя (с.42)14. Читаем и комментируем этот фрагмент 2 главы текста:

"Преступление и наказание":

"Член общества, или Голодное время":

- топор - туристский топорик
- старуха кровопийца - собака Эльвира
- смогу ли я преступить или не смогу - должен я переступить, ибо есть тут порог
- страшный сон - гадкий сон
- тварь я дрожащая, как все, или человек - дерьмо я … или все же не дерьмо

11 Еще одна возможная параллель: фамилию Далматова носит возлюбленная героя трилогии К. Вагинова ("Козлиная песнь", "Труды и дни Свистонова" и "Гарпагониана") - "петербургского" текста 1920-1930 гг., отзвуки которого несомненно слышны в "Члене общества…". Кстати, подобное толкование ономастики романа обнажено и в самом тексте. Так, первая встреча героя с депутатом Скоторезовым вызывает у Жильцова поток неосознанных ассоциаций: "человек с резкой фамилией Скоторезов и с резвым скоторезовским темпераментом врезался в память мою и осел в подсознании" (с. 45).

12 Подробнее об этом см.: Альтман М.С. Достоевский по вехам имен. Саратов, 1979.

13 Роман Достоевского "Бесы" в школе текстуально не изучается, однако в гуманитарном классе можно предложить индивидуальное задание по сопоставлению образов Луночарова - Верховенского (власть), Терентьева - Кириллова (одержимость идеей и ее проверка), Жильцова - Шатова (жертва).

14 На особую роль снов в петербургском тексте обратили внимание еще в 1975 г. Р. Д. Тименчик, В. Н. Топоров и Т. В. Цивьян в статье "Сны Блока и "петербургский текст" начала ХХ века" (Тезисы I Всесоюзной (III) конференции "Творчество А. А. Блока и русская культура ХХ века". Тарту, 1975): "умышленность", ирреальность, фантастичность Петербурга (о нем постоянно говорится, что он сон, марево, мечта, греза и т. п.) требуют описания особого типа, способного уловить ирреальную (сродни сну) природу этого города. <...> Сон как жанр есть принадлежность и признак "петербургского текста" (сны в Петербурге и о Петербурге отличаются необыкновенным единством содержательных и формальных черт, полностью отвечающих признакам "петербургского текста").


На предыдущую страницу- 1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 -На следующую страницу


В РАЗДЕЛЕ:



РЕКЛАМА

При полном или частичном использовании материалов ссылка на "Культуру письменной речи" обязательна
Cвидетельство о регистрации СМИ Эл №ФС-77-22298. Все права защищены © A.Belokurov 2001-2020 г.
Политика конфиденциальности