Культура письменной речи - gramma.ru

НАЙТИ

 
ГлавнаяБИБЛИОТЕКА Литературоведение. Критика

«…ЭТО, СУДАРЬ МОЙ, ТАКАЯ ОКРОШКА, ОТ КОТОРОЙ НЕ ПОЗДОРОВИТСЯ»
(две «редакции» рассказа А. П. Чехова «Ионыч»)

(продолжение)

О. В. Богданова,
Санкт-Петербургский государственный университет
доктор филологических наук, профессор


Критика обыкновенно рассматривает образ Старцева как образ героя мыслящего, входящего в жизнь с высокими идеалами, готового отдать свои силы служению человечеству. Во всяком случае — с мыслью навсегда остаться преданным делу врачевания, оказания помощи людям. И это отчасти справедливо. Однако текст показывает, что уже с первых слов представления героя Чехов не столько идеализирует образ главного персонажа, сколько иронизирует по его поводу, подмечает в его характере черты обыкновенности и ординарности, в большей мере чем исключительности и особой внутренней интеллигентности.

Чехов не говорит о том, сколько герою лет. Однако ремарка, что он «только что» был назначен земским врачом, явно говорит о его молодости24. О том же свидетельствует и «безличностная» характеристика — строки из элегии А. Дельвига, которые напевает Старцев: «Когда еще я не пил слез из чаши бытия…» (с. 537). Герой только еще преодолел (условно) самый первый этап в познании «чаши бытия» — после окончания учебного медицинского заведения он вступал в самостоятельную и взрослую жизнь.

Молодость и неопытность Старцева Чехов подчеркивает уже тем, как ведет себя герой в обществе Туркиных во время своего первого визита к ним. Выше приводились «неуместные» вопросы, которые обращает Дмитрий Ионович к Котику и Вере Иосифовне (об учебе и литературных журналах), но с не меньшей силой о его жизненной (и светской) неопытности свидетельствует и его отношение к талантам Туркиных.

Вера Иосифовна читает свой «большинский роман» (с. 537). «Она начала так: "Мороз крепчал..." <…> Вера Иосифовна читала о том, как молодая, красивая графиня устраивала у себя в деревне школы, больницы, библиотеки и как она полюбила странствующего художника, — читала о том, чего никогда не бывает в жизни, и все-таки слушать было приятно, удобно, и в голову шли всё такие хорошие, покойные мысли, — не хотелось вставать» (с. 537–538). Обыкновенно этот пассаж рассматривается как саморазоблачение писательского дара Веры Иосифовны, как свидетельство нежизненности ее прозы, как репрезентация обывательской сущности героини и ее таланта. Хрестоматийной стала оценочность — «читала о том, чего никогда не бывает в жизни» (с. 538).

Однако обращает на себя внимание то обстоятельство, что героиня Чехова пишет о том, что как раз бывает в жизни (и в литературе). Так, в чеховском рассказе «Дом с мезонином» (1896) героиня Лида Волчанинова, точно так же, как героиня Веры Иосифовны, служила народу «малыми делами», устраивала школы, больницы, библиотеки. Более того, о самом Чехове известно, что он в то самое время, когда писал рассказ «Ионыч», строил деревенскую школу в Мелихово, а немногим позже финансировал крестьянскую школу в Крыму в Мухалатке. О «хождении в народ» и стремлении народовольцев просвещать народные массы хорошо известно и из истории, и из художественной литературы. Да и фраза «Мороз крепчал…» вряд ли намного слабее, чем слова «Мороз и солнце. День чудесный…» Т. е. отнестись к приводимой цитате и ее оценке Старцевым надлежит осторожно, понимая, что, с одной стороны, в этом пассаже отчасти звучит (несобственно-прямой) голос персонажа, участника сцены, но, с другой стороны, одновременно и тоже отчасти голос самого автора, иронизирующего как по поводу героя, так и по поводу самого себя. Неслучайно, профессия главного героя — доктор, а склонность Веры Иосифовны — писательство (заметим, что в портретной характеристике героини Чехов выделяет только ее пенсне, как на знаменитом портрете самого прозаика). А развитие уносящихся «куда-то очень, очень далеко» размышлений Старцева — в т. ч. об удобстве, когда «не хотелось вставать», и упоминание о том, что «в голову шли всё такие хорошие, покойные мысли» — заставляет признать, что Дмитрий Ионович мало интересовался литературой, вряд ли понимал ее и мог судить о ней истинно. Т. е. по существу герой Чехова (внутренне) высказывал одно из тех обывательских суждений, которые, вероятно, были хорошо знакомы самому Чехову и которые, надо полагать, сам он в известной мере разделял. Упоминание «Лучинушки», доносящейся из окна («которую пел хор, и эта песня передавала то, чего не было в романе и что бывает в жизни»), в еще большей мере усиливает иронический оттенок как самой сцены, так и ее оценки (автором).

В еще большей степени выразительно восприятие Старцевым игры Котика на фортепиано. «Екатерина Ивановна села и обеими руками ударила по клавишам; и потом тотчас же опять ударила изо всей силы, и опять, и опять; плечи и грудь у нее содрогались, она упрямо ударяла всё по одному месту, и казалось, что она не перестанет, пока не вобьет клавишей внутрь рояля. Гостиная наполнилась громом; гремело всё: и пол, и потолок, и мебель... <…> Старцев, слушая, рисовал себе, как с высокой горы сыплются камни, сыплются и всё сыплются, и ему хотелось, чтобы они поскорее перестали сыпаться…» (с. 538–539).

Исследователи творчества Чехова уже высказывали предположение, что в данном эпизоде речь могла идти не столько о плохой игре Катерины Ивановны, сколько о характере самой музыкальной пьесы. Действительно, об исполнении Котика тот же Старцев говорит, что «Екатерина Ивановна играла трудный пассаж, интересный именно своею трудностью» (с. 538), т. е., видимо, технически Котик играла мастерски. Однако, герою показалось, что пьеса была «длинна и однообразна» (с. 539).

Между тем уже только репертуар юной пианистки, который она приготовила для исполнения («раскрыли ноты, лежавшие уже наготове»), должен был вызвать уважение или, по крайней мере, интерес героя. Например, В. А. Михельсон высказал предположение, что среди экзерсисов Котика могли быть пьесы современных и популярных композиторов и пианистов Н. К. Метнера, А. Н. Скрябина, С. В. Рахманинова25. Т. е. и относительно таланта Катерины Ивановны, скорее всего, Старцев высказался очень субъективно, явно не будучи знакомым с произведениями композиторов-новаторов. А последующее замечание героя: «После зимы, проведенной в Дялиже, среди больных и мужиков, сидеть в гостиной, смотреть на это молодое, изящное и, вероятно, чистое существо и слушать эти шумные, надоедливые, но всё же культурные звуки, — было так приятно, так ново...» (с. 539) — уже однозначно становится выражением его глухоты и равнодушия — как к музыке, так и литературному творчеству. По всей видимости, довериться суждению героя о том, что бывает и чего не бывает в жизни, скорее всего нельзя.

Прежде шла речь о двойственности (2) художественной ткани рассказа Чехова. Именно эту неоднозначность и иллюстрирует описываемая сцена, как применительно к оценочным суждениям героя, так и к его чувствам. Любопытно, что Чехов обнаруживает непонимание (и, как следствие, неприятие) талантов героев, но при этом одновременно показывает зарождающееся и зреющее в душе героя чувство к Котику. С одной стороны, герою хотелось, чтобы любительский концерт побыстрее закончился, но с другой — ему было приятно и покойно погрузиться в большие мягкие кресла гостиной Туркиных. Ему казалась надоедливой музыка Котика, «и в то же время Екатерина Ивановна, розовая от напряжения, сильная, энергичная, с локоном, упавшим на лоб, очень нравилась ему» (с. 539). Писатель показывает, что образ центрального героя сложен из противоречий, которые как будто бы отрицают одна другую, но на самом деле органично дополняют и формируют его характер.

 


24 Чехов, например, закончил медицинский факультет Московского университета в 24 года, при этом известно о двух повторенных им годах гимназического курса. Т. е. можно предположить, что выпускникам медицинских образовательных учреждений было примерно 22 года.

25 Михельсон В. А. О романах Веры Иосифовны, водевилях Ивана Петровича и пассажах Екатерины Ивановны Туркиных // Литературная учеба. 1981. № 5. С. 181–198.

 


На предыдущую страницу- 1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 -На следующую страницу


В РАЗДЕЛЕ:



РЕКЛАМА





При полном или частичном использовании материалов ссылка на "Культуру письменной речи" обязательна
Cвидетельство о регистрации СМИ Эл №ФС-77-22298. Все права защищены © A.Belokurov 2001-2019 г.
Политика конфиденциальности