Культура письменной речи - gramma.ru

НАЙТИ

 
ГлавнаяБИБЛИОТЕКА Литературоведение. Критика

САМЫЙ ЧЕХОВСКИЙ РАССКАЗ И. БУНИНА
(«Господин из Сан-Франциско»)

(продолжение)

О. В. Богданова,
Санкт-Петербургский государственный университет
доктор филологических наук, профессор


Мотивы пошлости и мещанства (в плане нравственном, не социальном), столь противные Чехову, столь опасные, по Чехову, для человечества, но органично присущие ему, в той же мере пронизывают рассказ Бунина «Господин из Сан-Франциско», как и тексты его предшественника. Одним из ярких персонажей Чехова, погубленных (или погибших), задавленных пошлостью жизни, мелочностью и ничтожностью мещанского образа жизни, «окраинностью» (провинциальностью) человеческих устремлений, становится земский врач Дмитрий Ионович Старцев (что уже само по себе любопытно и «неоднозначно» для Чехова-доктора). Писатель показывает поступательность и постепенность, неизбежность и необратимость деградации героя рассказа «Ионыч» (по существу то же движение по кругам ада, ведущим все ниже и глубже). Чехов наблюдает, как молодой, энергичный, устремленный к людям и к счастью герой превращается в грузного, отяжелевшего, сильно располневшего, очень напоминающего обывателей города С* Ионыча («больше пополнел, ожирел, тяжело дышит»), которого теперь уже не заботят больные, но «раздражают его», мимо них он проходит «не глядя», «не замечая». Главным «развлечением, в которое он втянулся незаметно», стало для него «по вечерам вынимать из карманов бумажки, добытые практикой <…> желтые и зеленые, от которых пахло духами, и уксусом, и ладаном», а когда их «набиралось несколько сотен, он отвозил в Общество взаимного кредита и клал там на текущий счет». Именно об Ионыче, утратившем свое настоящее имя, ставшем по сути «безымянным», будет у Чехова сказано – «не человек, а языческий бог»16.

Чеховский образ «языческого бога» оживает на страницах рассказа Бунина, причем с настойчивостью художественной, идейно заданной и мотивированной. «Грузный» гигант-капитан «Атлантиды» называется Буниным то «идолом», то «языческим богом», в финале – «языческим идолом» («На самой верхней крыше его одиноко высились среди снежных вихрей те уютные, слабо освещенные покои, где, погруженные в чуткую и тревожную дремоту, надо всем кораблем восседал его грузный водитель, похожий на языческого идола»). А продолжением мотива становится метафорическое упоминание о «языческом храме» (в данном случае – отеле), по которому разносится «зычный голос» медного китайского гонга, завывавшего «по всем этажам».

Чеховский образ-символ становится одним из «ключиков», которым «открывается» рассказ Бунина, его потаенный скрытый подтекст. Для понимания этого необходимо вновь отказаться от привычной упрощенности и схематизма восприятия текста и увидеть, что в образе Ионыча нет примитивной однозначности, нередко навязываемой критикой. При всех признаках «опустошения» и «опущения» героя, тем не менее, о нем одном в рассказе говорится: «Вы лучший из людей, которых я знала». И хотя образ Котика, Катерины Ивановны, произносящей эти слова, не вполне однозначен, и не всякое ее слово заслуживает доверия, но Чехов «допустил» присутствие этих слов в тексте, в котором, как и у Бунина, каждая строка, каждое суждение не однозначно, но сложно.

Среди других причин, по которым рассказ Бунина «Господин из Сан-Франциско» может быть определен как «чеховский», должна быть названа смерть Чехова, точнее ее обстоятельства.

Бунин познакомился с Чеховым в 1895 году, потом несколько лет они не встречались, затем сблизились и тесно подружились в Ялте в 1899 году на Белой даче (примерно тогда, когда и был написан рассказ «Ионыч»). Близость творческая и человеческая связывала их все последующие годы, о чем Бунин оставил записки-воспоминания. Смерть Чехова «ледяной бритвой полоснула <его> по сердцу» («О Чехове»).

Когда критики говорят об истоках написания Буниным рассказа «Господин из Сан-Франциско», как правило, приводятся слова самого писателя: «…в начале сентября 1915 года живя в имении моей двоюродной сестры, в селе Васильевском, Елецкого уезда, Орловской губернии, почему-то вспомнил эту книгу <речь идет о «Смерти в Венеции»> и внезапную смерть какого-то американца, приехавшего на Капри, в гостиницу "Quisisana", где мы жили в тот год, и тотчас решил написать "Смерть на Капри", что и сделал в четыре дня – не спеша, спокойно, в лад осеннему спокойствию сереньких и уже довольно коротких и свежих дней и тишине в усадьбе и в доме… <…> И Сан-Франциско, и все прочее (кроме того, что какой-то американец действительно умер после обеда в "Quisisana") я выдумал»17.

Между тем в одном из фрагментов «О Чехове» Бунин вспоминает 1901 год и некий эпизод, когда, будучи в Крыму, он «переехал в гостиницу "Ялта"» и «пережил очень неприятную ночь, – рядом в номере лежала покойница…». Тогда он много времени проводил у Чехова на Белой даче и позднее вспоминал: «Чехов, поняв, что я перечувствовал за эту ночь, слегка надо мной подшучивал…».

Наконец, была еще одна подобная смерть – смерть Чехова, которая тоже случилась в отеле («Зоммер»), в Германии на курорте в Баденвейлере летом 1904 года.

Мемуарный очерк Бунина «Памяти Чехова» впервые появился в третьем сборнике товарищества «Знание» за 1904 год, вышедшем в январе 1905-го. Воспоминания Бунина «О Чехове: Из записной книжки» были напечатаны в десятую годовщину смерти Чехова (Русское слово. 1914. № 151. 2 июля), но он продолжал обращаться к работе над ними и много позже.

Весной 1914 года Бунин думал о Чехове. «Как-то совершенно неожиданным образом, под влиянием какой-то странной ассоциации свершив неизмеримо резкий поворот от уродства современности к милому образу прошлого, вспомнил вдруг Ив<ан> Ал<ексеевич> о безвременно угасшем Чехове.

– Скоро, скоро, – в июне <sic!> – десятилетие со дня его смерти.

Ив<ан> Ал<ексеевич> сразу преобразился, заволновался:

– Вот уж десять лет прошло. Целых десять лет, десять лет.

Ив<ан> Ал<ексеевич>, как известно, видел Антона Павловича незадолго до его кончины. Воспоминания И.А. Бунина о последних днях Чехова были напечатаны в одном из сборников "Знания". Но теперь И<ван> А<лексеевич> подготовит к печати еще ряд живых впечатлений…»18.


16 Заметим, что в записках Бунина «О Чехове» приводится достаточно емкий фрагмент из чеховского «Ионыча»: «...Кладбище обозначалось вдали темной полосой, как лес или большой сад. Показалась ограда из белого камня, ворота... При лунном свете на воротах можно было прочесть: "Грядет час в онь же..." Старцев вошел в калитку и первое, что он увидел, это белые кресты и памятники по обе стороны широкой аллеи и черные тени от них и от тополей; и кругом далеко было видно белое и черное, и сонные деревья склоняли свои ветви над белым. Казалось, что здесь было светлее чем в поле; листья кленов, похожие на лапы, резко выделялись на желтом песке аллей и на плитах, и надписи на памятниках были ясны. На первых порах Старцева поразило то, что он видел теперь первый раз в жизни и чего, вероятно, больше уже не случится видеть: мир, непохожий ни на что другое – мир, где так хорош и мягок лунный свет, точно здесь его колыбель, где нет жизни, нет и нет, но в каждом темном тополе, в каждой могиле чувствуется присутствие тайны, обещающей жизнь тихую, прекрасную, вечную. От плит и увядающих цветов вместе с осенним запахом листьев веет прощением, печалью и покоем. Кругом безмолвие; в глубоком смирении с неба смотрели звезды, и шаги Старцева раздавались так резко и некстати. И только когда в церкви стали бить часы, и он вообразил... что кто-то смотрит на него, и он на минуту подумал, что это не покой и не тишина, а глухая тоска небытия, подавленное отчаяние». Мысли о Чехове и смерти, видимо, были крепко связаны в сознании Бунина.
17 Не поверить писателю нельзя, однако и Пушкин когда-то писал цензору Корсакову о том, что роман «Капитанская дочка» посвящен великодушию и милосердию Екатерины Великой.
18 И. А. Бунин: Новые материалы. Вып. I. М.: Русский путь, 2004.

 


На предыдущую страницу- 1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 -На следующую страницу


В РАЗДЕЛЕ:



РЕКЛАМА





При полном или частичном использовании материалов ссылка на "Культуру письменной речи" обязательна
Cвидетельство о регистрации СМИ Эл №ФС-77-22298. Все права защищены © A.Belokurov 2001-2020 г.
Политика конфиденциальности