Культура письменной речи - gramma.ru

НАЙТИ

 
ГлавнаяБИБЛИОТЕКА Литературоведение. Критика

«СЦЕНИЧЕСКАЯ ПОЭМА» А. ГРИБОЕДОВА «ГОРЕ ОТ УМА»

(продолжение)

О. В. Богданова,
Санкт-Петербургский государственный университет
доктор филологических наук, профессор

 

Представляется, что избрание столь яркой личности героя (в качестве прототипа) действительно приводило Грибоедова к желанию и стремлению создать «высокий идеал». Его словам о том, что «первое начертание <…> сценической поэмы <…> было гораздо великолепнее и высшего значения», можно поверить. Однако причину этого «суетного наряда» только отчасти можно объяснить «ребяческим удовольствием» услышать «стихи <свои> в театре», ибо слишком серьезными были изначальные установки – скорее всего личность героя Чацкого-Чаадаева, гонимое положение в свете последнего, опасливое отношение общества к нему и его философии заставляли Грибоедова «уступить» – и благовидно закамуфлировать истинные причины доработок пьесы, «у(о)простить» их мотивацию.

Поэтому, когда исследователи говорят (вслед за И. Гончаровым) о наличии двух конфликтов в комедии Грибоедова: социальном и любовном – и ставят на первый план конфликт идей, столкновение Чацкого и Фамусова, то в значительной мере они оказываются не правы, «нарушая» авторскую логику построения пьесы. Не идейный конфликт выходит на первый план и доминирует в комедии, скорее – любовный, что и позволяет автору до известной степени быть неуязвимым перед цензурой и иметь возможность (в очень немногих монологах) обнаружить позицию главного героя, позволить ему высказать себя и указать на те общественные порядки, против которых он (Чаадаев, конечно) выступал.

***

Если взглянуть на характер построения пьесы Грибоедова, то прежде всего обращают на себя внимание традиционные «три единства»: единство места (Москва, дом Фамусова), единства времени (начало действия «чуть свет», «Утро, чуть день брезжится» и завершение его по истечении дня – «вот и день прошел»), единство действия (по сути, традиционный, привычный «сговор невесты», ибо именно за тем, по существу, и приехал Чацкий в дом Фамусова).

Однако после пьесы Д.И. Фонвизина «Недоросль», где классицистическое «единство действия» (тот же самый «сговор невесты») фактически распадается на две составляющие: проблему воспитания и проблему «злонравия», очень трудно (не хочется) согласиться с тем, что в комедии Грибоедова этот принцип выдержан. Конфликт как будто действительно распадается на столкновение идейное и любовное.

Между тем, как у Фонвизина руки Софьи добиваются Митрофан, Скотинин, Милон, точно так же у Грибоедова Чацкий приезжает в дом сделать предложение своей возлюбленной, тогда как здесь за ней ухаживает («в угоду дочери» хозяина) Молчалин, для нее же подыскивает жениха и фактически «сговаривает» к тому Скалозуба ее отец Фамусов. При этом в отличие от Фонвизина пьеса Грибоедова еще более сложна и одновременно еще более стройна композиционно: она обрамлена сценическим «кольцом» ситуаций, в которых повторяются действующие лица, позиции, эмоции, даже реплики. Композиция может быть названа «зеркальной», отражающей в финале ее «начала». Так, комедия Грибоедова открывается «любовной сценой» Софьи и Молчалина и растерянностью «обманутого» отца, заставшего их обоих ранним утром в гостиной, и завершается точно так же, только в «парадных сенях», – образом «обманутого» (или «обманувшегося») отца, который так и не понял, кто же был предметом любви его дочери, как не понял и слов главного героя о гордом «разрыве» с Софьей и совета «простить» («Вы помиритесь с ним <Молчалиным>, по размышленье зрелом», – советует Чацкий Софье). Завязка комедии «зеркально» отражается в развязке. Выдуманный в начале пьесы «сон» Софьи словно бы действительно получает свою реализацию в сцене финальной, достигнув того момента расставания с возлюбленным, о котором она рассказывала отцу, к тому же теперешний «сон наяву» разворачивается ночью («в глухую ночь», с. 96), накануне времени сна. Шум, говор, бой часов повторятся в тех же звуках и с теми же героями: «Стук! Шум! Ах! Боже мой! Сюда бежит весь дом…» (с. 109). И даже первая реплика, с которой появляется в пьесе Софья («Который час?»; с. 7) «эхом» отзывается в том же вопросе опоздавшего на бал Репетилова («Скажи, который час?»; с. 94). Т.е. соблюдая положенное правило «трех единств», Грибоедов еще и дополняет его новыми приемами, при этом обнаруживая композиционную легкость и изящество в построении пьесы.

Отстаиваемое «единство действия» – «любовные интриги» и «любовные подсюжеты» – всецело формирует весь текст комедии и, кажется, даже в ущерб художественности. Неслучайно, Грибоедова (по ранним редакциям) даже осуждали за «неприличия» первых явлений пьесы (любовного заигрывания Фамусова с Лизой и его подозрения насчет любовной связи Софьи и Молчалина), за чрезмерную фривольность. По воспоминаниям С.Н. Бегичева9, Грибоедов в ответ на его критику «спорил» и даже, как ему показалось, «принял <…> нехорошо» его «поправки». Как помним, и Пушкин писал о том же, что он не осуждает «ни плана, ни завязки, ни приличий» комедии. Но само выделение этих самых «приличий» и свидетельствует о том, что Пушкин «судил» их, согласно своим «законам», считая их в пьесе Грибоедова избыточными. Пушкину обилие любовных сцен в комедии казалось излишним, Грибоедов – настаивал на них.

Любовные ухаживания действительно фактически поглощают, «обволакивают» все действие. Пьеса открывается (пока «за дверью») любовным свиданием Софьи и Молчалина. С первого появления на сцене Фамусов приударяет за Лизой. Следом появляется влюбленный Чацкий, который «летел! дрожал! вот счастье думал близко» (с. 110). Вздохи, любовный трепет и обмороки сопровождают на протяжении всей пьесы отношения Молчалина и Софьи. По ходу действия выясняется, что Молчалин волочится за Лизой. В свою очередь Лиза влюблена в «буфетчика Петрушу». Влюбленный Чацкий, кажется, тоже не романтический однолюб. Отвечая на совет Молчалина поехать к Татьяне Юрьевны и искать у ней покровительства, Чацкий произносит: «Я езжу к женщинам, да только не за этим…» (с. 66)10. И доказательством тому становятся его невинные заигрывания с Натальей Дмитриевной: «– Я замужем! // – Давно бы мне сказали!» (с. 69)11. Уже во втором действии появляется «хрипун», «фагот» полковник Сергей Сергеич Скалозуб, которого Фамусов и (отчасти) Лиза прочат в женихи Софье. Все второстепенные персонажи тоже так или иначе «завязаны» на любовных отношениях. Чета Горичей, Наталья Дмитриевна и Платон Михайлович, устойчиво формирует мотив «горя» семейной жизни, на которую неизменно «жалуется» муж (отсюда и фамилия «Горичи», «Горичевы»). Появление семьи князя Тугоуховского с женой и шестью дочерьми с первой же минуты обретает черты «сватовства» и погони за женихом. Кажется, не вступают в любовные отношения и не доискиваются женихов графиня бабушка и графиня внучка Хрюмины, однако злой нрав младшей, то, как она всех «честит», что гостей «за никого считает», объясняется Натальей Дмитриевной просто: «…в девках целый век, уж Бог ее простит» (с. 74). Репетилов, в основном действии пьесы, кажется, не принимающий активного участия, все равно касается «любовной» темы: он в короткий срок успевает рассказать о своей женитьбе, тесте-немце и даже о том, что он «танцовщицу держал! И не одну: / Трех разом!» (с. 95). Только единожды названный француз Гильоме, учитель танцев, «подбитый ветерком» (с. 32, т. е. ветреник) встроен в мотив сватовства: о нем спрашивает Чацкий, интересуясь: «Он не женат еще?» (с. 32). Лиза мельком вспоминает о престарелой тетушке Софьи, у которой «молодой француз сбежал <…> из дому», отчего та в расстройстве «забыла волосы чернить / И через три дни поседела» (с. 29). Полковник Скалозуб рассказывает о некоей княгине Ласовой, вдове, которая, упав с лошади, получила травму: «Теперь ребра не достает, / Так для поддержки ищет мужа» (с. 54). Такая разветвленность любовных интриг, конечно, не случайна в пьесе: Грибоедов намеренно «выпячивает» любовный сюжет, чтобы на его фоне выявить иной, ради которого он и затевал комедию.

 


9 См.: А. С. Грибоедов в воспоминаниях современников. М., 1980.
10 Софья вспоминает об «охлаждении» к ней Чацкого, который некоторое время редко посещал из дом – «Потом опять прикинулся влюбленным / Взыскательным и огорченным» (с. 28).
11 Заметим, несколько забегая вперед, что Б. Голлер по поводу реплики Чацкого «Я езжу к женщинам…», рассуждает о «некотором снижении» образа главного героя (Б. Голлер. «Горе от ума» в современном мире). Однако об этом позже.

 


На предыдущую страницу- 1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 -На следующую страницу


В РАЗДЕЛЕ:



РЕКЛАМА





При полном или частичном использовании материалов ссылка на "Культуру письменной речи" обязательна
Cвидетельство о регистрации СМИ Эл №ФС-77-22298. Все права защищены © A.Belokurov 2001-2020 г.
Политика конфиденциальности